Святая Русь и Китай когда-то жили в одном государстве
Центр Гамаюн

Чтобы понять тот выбор, который делает сейчас руководство России, продемонстрировавшее готовность развернуться на восток, нужно обратиться к истории наших отношений с Китаем. Могут ли наши цивилизации создать новый союз? Ответ не столько в экономике, сколько в духовном родстве наших народов. Об этом рассуждает известный китаист, заместитель директора Института российско-китайского стратегического взаимодействия Андрей Девятов.

культура: Конфликт России с США из-за Украины запускает процесс разворота нашей страны на восток. Раньше наша либеральная элита любила говорить, что у нас с Европой общие ценности. Может ли Путин сказать такое о Китае? 
Девятов: Думаю, сердце Владимира Владимировича находится там, где дух Шиллера, а вовсе не в Китае… Но если говорить о том, какую политику начиная с 2000 года проводил Путин, конечно, она строилась не на западном рационализме, а на приемах восточных единоборств. Использовать натиск противника, поддаться и вывернуть в выгодное для себя направление… Говоря про Китай, надо вспомнить тайную доктрину «три севера, четыре моря», рассмотренную еще двадцать лет назад на XIV съезде Компартии Китая.


культура: В чем ее смысл?  
Девятов: «Четыре моря» — это глобальный масштаб: от Ледовитого океана на севере до Индийского на юге, от Западного (так китайцы называют Атлантический океан) до Тихого. Китай в центре. «Три севера» — это североамериканские Соединенные Штаты, НАТО и наше богохранимое Отечество. А по закону перемен центр одолевает север, сейчас подошли космические основания для такой победы. С точки зрения европейского человека, это мистика, но китайцы верят в это, они живут в циклах, в приливах и отливах. Они долго ждали прилива — он пришел, и с учетом этого они строят свою политику.


Тогда же, на  XIV съезде, была сформулирована и идея переноса стратегических границ за национальную территорию. Это предполагается сделать с помощью мягкой силы. Ее основной составляющей является культура, этика. Главное — одолевать в умах и сердцах, а экономика, военная мощь, дипломатия — это потом. Вот почему китайцы стали разворачивать по всему миру институты Конфуция. Сейчас их более 500, только у нас за 20.


культура: Чтобы повсеместно вытеснять западное мировоззрение китайской моделью? 
Девятов: В своих предвыборных статьях начала 2012 года Владимир Путин говорил о тектоническом процессе глобальной трансформации. Все западное закончилось. Неизбежно признание того, что китайцы, концептуальной частью находясь в другой системе координат, неизвестно почему выигрывают. Это заставляет обратиться к востоку. Владимир Путин в послании в декабре 2013 года сказал, что поворот на восток — всерьез и надолго. А до этого, в начале 2012-го, заявил о необходимости поймать «китайский ветер» в паруса российской экономики.


культура: Как китайцы воспринимают сейчас русских? 
Девятов: К сожалению, Россия сильно потеряла в глазах простых людей. Ведь были в последние десятилетия челноки, девушки легкого поведения, ухари-купцы — они не всегда демонстрировали образцовое поведение. Если говорить об экономике, то однажды наши руководители посетовали, что Китай вкладывает в Россию менее одного процента своих валютных резервов. На что услышали: а какая доля энергоэкспорта России приходится на Китай? То же и с привлечением китайских инвестиций — идите к нам, только не на Дальний Восток и не в Мурманск, там порт, идите… на Волгу. Но зачем китайцам Волга?


культура: Наши «западники» считают евро-атлантическую цивилизацию вершиной развития. Они умело подогревают страх перед Китаем — пугают китайской колонизацией. При этом и в Поднебесной многие опасаются усиливающейся России. 
Девятов: Китай не опасается России. На XVIII съезде КПК в 2012 году была объявлена политика реализации «китайской мечты» — возрождение величия Китая, превращение его в державу первого порядка и отмщение тем, кто унижал ее. Первые в этом списке, конечно же, англичане с их «опиумными» войнами.


культура: Центр управления мировыми финансами перемещается в Китай... 
Девятов: Еще два года назад ротшильдовский банк HSBC перенес 200 своих отделений в Китай, то же самое происходит и с другими. Ротшильды сделали ставку на Поднебесную, выбрали ее своей операционной базой. Свезли туда все банковское золото — не менее 30 тысяч тонн. Китайское золото, которое в середине XX века увозили на хранение на Запад, вернулось на Тайвань, ротшильдовское переехало в Гонконг, а сам Китай наращивает золотодобычу (до 300 тонн в год, выше, чем в ЮАР) и скупает по 1000–1500 тонн золота в год везде, где возможно. Китай вместе с Ротшильдами готовится к тому, чтобы переоценивать богатства мира по натуральной стоимости. В чем она будет заключаться? В унциях, весе драгоценного металла, возможно, в каратах (Ротшильды любят бриллианты). Это все имеет натуральную стоимость — в отличие от долларов.


культура: Каким образом мировая финансовая олигархия рассчитывает сохранить Китай под своим контролем?
Девятов: То, что называется многополярным миром в политике, в экономике означает валютные зоны, между которыми осуществляется обмен. Важно, не что будет расчетной единицей, а что будет учетной единицей богатства. И если ею окажется унция, то важно, не чье золото, а кто им распоряжается — тот и будет оставаться денежной властью. Если юань будет привязан к золоту, то Ротшильды считают, что, владея «желтым металлом», смогут диктовать условия. Но у Китая могут быть свои соображения...


культура: Какую экономическую модель хочет построить вокруг себя Китай? 
Девятов: На XVIII съезде КПК и на 3-м пленуме ЦК в ноябре 2013 года китайцы рассказали, как будет проводиться политика по «переносу стратегических границ за пределы национальной территории». Это новый Шелковый путь — из Китая в Европу. Почему в Европу, ведь реальное противоборство идет у Китая с Америкой? Потому что если потоки сырья и топлива перестанут исчисляться в долларах, то — «гудбай, Америка». Американский рынок — это всего 300 миллионов едоков, а европейский — вдвое больше. Разворот к Европе имеет вполне понятные стратегические преимущества по сравнению с долгим процессом американо-китайского перетягивания каната: борьба доллара и юаня, антидемпинговые меры и прочее.


культура: Но Средняя Азия все равно остается зоной российско-китайского сотрудничества. Не говоря уже о ШОС... 
Девятов: В экономической части ШОС как раз не получился. Китайцам нужна была зона свободной торговли, но при существующей экономике это означало бы прощание с производством в России. ШОС будет выполнять задачи по борьбе с терроризмом и радикализмом. А что касается экономики, то в рамках нового Шелкового пути будет предусмотрен пояс с зоной свободной торговли. Он пройдет из Китая в Европу через Среднюю Азию — как и тысячу лет назад.






Егор Гамаюн

Центр Гамаюн




Комментарии (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.